Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. «Только присел, тебя „отлюбили“». Популярная блогерка-беларуска рассказала, как работает уборщицей в Израиле, а ее муж пошел на завод
  2. Украинские контратаки под Купянском тормозят планы России на Донбассе — ISW
  3. «Масштаб уступает только преследованиям за протесты 2020 года». Что известно об одном из крупнейших по размаху репрессий дел
  4. Лукашенко потребовал «внятный, конкретный, выполнимый» антикризисный план для региона с «ужаснейшей ситуацией»
  5. Синоптики обещают сильные морозы. При какой температуре могут отменить занятия в школах?
  6. «Судья глаз не поднимает, а приговор уже готов». Беларуска решила съездить домой спустя семь лет эмиграции — но такого не ожидала
  7. «За оставшихся в Беларуси вступиться просто некому». Как государство хотело наказать «беглых», а пострадали обычные люди
  8. Похоже, время супердешевого доллара заканчивается: когда ждать разворот? Прогноз курсов валют
  9. Январь в Минске был холоднее, чем в Магадане, а чего ждать в феврале? Прогноз
  10. Лукашенко подписал изменения в закон о дактилоскопии. Кто будет обязан ее проходить
  11. Блогер Паук дозвонился в Минобороны. Там отказались с ним говорить, но забыли повесить трубку — вот что было дальше
  12. В Беларуси ввели новый налог. Чиновник объяснил, кто будет его платить и о каких суммах речь
  13. Электричка в Вильнюс и возвращение посольств. Колесникова высказалась о диалоге с Лукашенко
  14. В нескольких районах Беларуси отменили уроки в школах из-за мороза. А что с садиками
  15. Завещал беларуске 50 миллионов, а ее отец летал с ним на вертолете за месяц до ареста — что еще стало известно из файлов Эпштейна
  16. 20 лет назад беларус был вторым на Играх в Италии, но многие считали, что его кинули. Рассказываем историю знаменитого фристайлиста


Российское издательство «Время» выпустило сборник тюремных произведений политзаключенного белорусского юриста Максима Знака. Книга называется «Зекамерон». Она уже есть в продаже в России, рассказал гендиректор издательства Борис Пастернак.

Фото: Борис Пастернак в Facebook
Фото: Борис Пастернак в Facebook

«Продается в интернет-магазинах „Озон“ и „Вайлдберриз“. Ну, и в обычных российских книжных — куда успели довезти. Идет хорошо, уже есть заказы на допечатку», — написал Пастернак.

По его словам, Максим Знак уже в курсе выхода книги.

Глава издательства привел отрывок одного из рассказов политзаключенного под названием «Это мы»:

Сегодня было его дежурство, и по этому поводу он презентовал купленные на последней отоварке инструменты: савок (так и написано), тряпка для пола. Средство для сантехники, порошок стиральный (добавить щепотку при мытье пола для свежести) и губки. Все это богатство здесь удалось купить — редкая удача!

Через 10 минут после начала уборки он с удивлением смотрел на маленькую черную гряду из мусора. Новый „савок“ пришлось наполнять дважды. А вчера была точно такая же куча. Отчаявшись понять, кто таскает мусор в камеру, он решил спросить:

— Убирали же! Откуда это все?

— Да ты посмотри: пыль с одеял, с ваты, мелкие куски штукатурки со стен, побелки сверху. Это мы. Это мы медленно ломаем тюрьму.

Тюремные рассказы Знака впервые были опубликованы в мае 2022 года в российском журнале «Знамя». На его страницах тогда вышел цикл из около полусотни коротких рассказов, написанных Максимом в СИЗО-1 на Володарского в Минске и переданных на волю в письмах к близким. Также сообщалось, что Знак написал ряд стихов и фантастическую повесть.

В октябре стало известно, что близкие Максима приняли решение больше не публиковать выдержки из его писем в интернете.

Напомним, Максим Знак — адвокат и юрист предвыборного штаба Виктора Бабарико. Его задержали в сентябре 2020 года вместе с главой штаба Марией Колесниковой. Оба проходили по одним и тем же уголовным статьям: их обвинили в заговоре, совершенном в целях захвата государственной власти неконституционным путем (ч.1 ст. 357), создании экстремистского формирования и руководстве им (ч.1. ст. 361−1), публичных призывах к захвату госвласти (ч.3. ст. 361).

Минский областной суд 9 сентября 2021 года вынес обвинительный приговор и назначил 11 лет колонии общего режима для Марии Колесниковой, для Максима Знака — 10 лет колонии усиленного режима.

До конца декабря 2021 года Знак оставался в СИЗО, затем его перевели в колонию № 3 в поселке Витьба Витебского района. В ООН признали лишение его свободы неправомерным.