ПЕРВАЯ ИГРА ОТ ЗЕРКАЛА!
Вы можете отправить нам 1,5% своих польских налогов
Беларусы на войне
  1. Более 2000 дней за решеткой. Как известные политзаключенные выглядели до и после освобождения
  2. В Беларуси попробуют удобрять почву солью по задумке Лукашенко. Ученый предупреждал об угрозе этой технологии для экологии и здоровья
  3. Спецпосланник Трампа Коул опубликовал первую фотографию освобожденных политзаключенных
  4. США снимают санкции с «Белинвестбанка», Банка развития и Министерства финансов
  5. «Села ў турму за тое, што 20 рублёў мне пералічыла ў СІЗА». В Литву приехала часть освобожденных политзаключенных — первые впечатления
  6. «Вонь стоит такая, что задыхаюсь». Житель Вилейки завел хобби, от которого страдают соседи, — чиновники «делают вид, что не понимают»
  7. «Я не хочу бегать с автоматом по улице». Лукашенко — об освобожденных политзаключенных, оставленных в Беларуси
  8. «Не знала, что беларусы нас так ненавидят». Россияне массово решили переехать в Беларусь и удивились реакции
  9. «Была просто телом, которому что-то надо делать». Супруга директора ЕРАМ — о тяжелом лечении от рака, рецидиве и надежде
  10. «Она уже давно в Беларуси». Отец Анжелики Мельниковой признался, что она жива и здорова
  11. Бывшая «правая рука» Лукашенко и его спутница скупают землю в крошечной деревне. Рассказываем детали
  12. Спецпосланник Трампа по Беларуси Коул приехал в Минск на переговоры с Лукашенко
  13. «Плошчы-2006» — 20 лет. Поговорили с участницей, одной из первых поставивших палатку в самом центре Минска
  14. США снимают санкции, Минск отпускает 250 политзаключенных. Аналитики — об итогах переговоров посланника Трампа с Лукашенко
  15. «Умертвляют, типа, по естественным причинам». Статкевич предположил, что у него в колонии намеренно вызвали инсульт
  16. Из России пришла новость по валюте. Рассказываем, как это может ударить по беларусскому рублю


/

Польша продолжает по разным каналам добиваться освобождения беларусского политзаключенного Андрея Почобута, заявил в эфире TVN24 министр иностранных дел страны Радослав Сикорский.

Андрей Почобут в суде, 16 января 2023 года. Фото: ПЦ «Вясна»
Андрей Почобут в суде, 16 января 2023 года. Фото: ПЦ «Вясна»

Радослава Сикорского спросили, верит ли он в возможность освобождения в Беларуси политзаключенного Андрея Почобута.

— Мы все знаем, что это за режим. Мы пытаемся повлиять на эту ситуацию по различным каналам, как на нашем континенте, так и во взаимодействии с нашими союзниками, — ответил польский политик.

При этом он подчеркнул, что «в Беларуси политзаключенных по отношению к ее населению больше, чем в Польше во время военного положения».

— Точно так же, как в России больше политзаключенных, чем в загнивающем Советском Союзе, чем при Брежневе, — добавил Сикорский.

Военное положение в Польской Народной Республике (ПНР) было введено в ночь с 12 на 13 декабря 1981 года. Власть в стране была сконцентрирована в руках Военного совета национального спасения во главе с председателем Совета министров ПНР генералом Войцехом Ярузельским.

Официальной причиной введения военного положения было ухудшение экономического положения страны и угроза госучреждениям, реальной целью — подавление социального протеста, положившего начало движению «Солидарность».

Военное положение было отменено 22 июля 1983 года, оно длилось 586 дней. По разным оценкам, за это время в Польше было убито от нескольких десятков до сотни человек, интернировано около 10 тысяч человек.

Сикорский заявил, что в России и Беларуси «очень твердые авторитарные режимы», и хотя «все польские правительства пытались вести какую-то игру с Лукашенко», она всегда оканчивалась «одним и тем же результатом».

Напомним, экс-министр внутренних дел Польши Мариуш Каминьский 2 августа, обсуждая прошедший обмен заключенными между странами Запада, Россией и Беларусью, заявил, что главным условием Минска в переговорах по освобождению политзаключенного Андрея Почобута была выдача экс-чиновника, а ныне одного из лидеров демсил Павла Латушко.

Андрей Почобут — журналист и активист польского меньшинства. В феврале 2023-го его приговорили к восьми годам лишения свободы в колонии усиленного режима. Его судили по статьям о призывах к санкциям и разжигании розни, а также внесли в список «лиц, причастных к террористической деятельности». Правозащитники признали журналиста политическим заключенным.