Мы писали, как нынешним летом на беларусско-польской границе выросли очереди из автобусов и ожидание на границе сильно затянулось. Чтобы ускорить процесс, пассажиры таких рейсов пересаживались в автобусы поближе к пункту пропуска. Похоже, теперь этот способ перестал работать. Рассказываем.
Некоторые пассажиры из автобусов в хвосте очереди подходили к тем, что поближе у шлагбаума, и просили пересесть. Если были свободные места, водитель озвучивал цену. Судя по рассказам пассажиров, она варьировалась от 10 евро (35 рублей) до 40 долларов (около 130 рублей). Но теперь сделать это стало намного сложнее.
— Возле въезда дежурит транспортная милиция и проверяет наличие чеков, билетов, кассовые рапорта у водителей. Многие боятся брать пассажиров, — написал читатель «Зеркала».
О том, что такой лайфхак больше не работает, сообщили и в Межрегиональной ассоциации перевозчиков (МАП). Информацию об этом ассоциации подтвердили в нескольких источниках.
— По сообщению водителей автобусов, контроль в этом плане ужесточен. На подъезде к пункту пропуска работают представители транспортной инспекции и других контролирующих органов. Что проверяют? Прежде всего соответствует ли количество пассажиров в салоне ведомостям или другим сопровождающим документам, — сообщили в МАП и добавили, что нарушившим водителям «грозит внушительный штраф».
Информацию подтвердили в филиале транспортной инспекции по Брестской области, куда журналистка «Зеркала» обратилась под видом пассажирки.
— Да, мы будем проверять. Мы будем проверять билеты на этот автобус, когда пассажиры получили их, что почем, — сообщили сотрудник и добавил, что их инспекторы проверят, на какой именно автобус куплен билет у пассажира.
Другой специалист инспекции, который подключился к разговору, обратил внимание, что оплату пересадки нельзя назвать покупкой билета. По его словам, на международных рейсах сейчас нет возможности купить квиток у водителя и получить нужные документы.
— Я не слышал, чтобы в международных автобусах так продавали билеты. Обычно в кассе на вокзале, — пояснил собеседник.
Вопросы о том, что делать с долгим ожиданием на границе, сотрудник назвал провокационным и предложил задать их лично.
